Надежда Скварник. Фото: Пражский экспресс

Журнал Православной церкви Чешских земель «Голос православия» (Hlas pravoslaví) в конце минувшего года возглавила Надежда Скварник, студентка Гуситского теологического факультета Карлова университета. Мы встретились с Надеждой, чтобы побольше узнать об издании, каким оно будет под её руководством. Надежда оказалась настолько искренним и интересным собеседником, что не таила, как сама пришла к вере, какими были её первые шаги на чешской земле и как она воспринимает чешское православие.

 — Надежда, представь, пожалуйста, нашим читателям журнал.

— Начну издалека. Журнал выходит с 1945 года, то есть выпускать его начали в тяжёлое послевоенное время, когда церковь обновилась после запрета, наложенного на неё нацистскими оккупантами. Самый старый выпуск, который хранится у нас в редакции, — 1948 года. Он не выглядел как журнал, это была газета формата А4. Много было редакторов, я пришла в ноябре минувшего года. Журнал распространяется по храмам, церквям. Тираж — 800 экземпляров. Некоторые храмы их продают, а некоторые просто раздают. Стоит он 24 кроны, плюс доставка. Есть индивидуальные подписчики, которым он в почтовый ящик приходит, это люди старшего поколения, которые, как правило, читают его уже давно. Я была очень удивлена, когда пришла в середине ноября сюда, и мне только сделали рабочий имейл. Я не знаю, откуда его так быстро узнали, но сразу же пришло письмо от подписчика с возмущением, что два месяца уже не приходит журнал. Действительно, был перерыв. И мне было приятно, что читатели есть, и они заметили, что журнал на время исчез. Любой отзыв для меня — настоящий праздник. Сейчас появились новые подписчики. Я не ставлю это себе в заслугу, но так получилось, что в декабре пришло много новых заявок.

— А о чём журнал? На что ты обращаешь внимание? Журнал — это ведь не только зеркало происходящего, но и обращение к проблемам.

— Журнал, на мой взгляд, это зачастую отражение мыслей главного редактора. Я смотрю старые выпуски, в них много строгости, нравоучений, проповедей, иногда коротко новости. Сейчас мне очень интересно работать. Я стараюсь сделать журнал разносторонним. С одной стороны, нравоучительные моменты должны быть. Я сейчас отвлекусь немного от темы. У нас был здесь в Праге раньше кружок православия для молодых людей, мы собирались за чаем, обсуждали актуальные проблемы. И я поняла, что душой-то они люди православные, но о православии знают немного. И мне казалось, что особенно и не хотят знать. Но ведь без этого тоже никуда. Конечно, есть люди, которые ни одной книги об этом не читали, а Бог им знание даёт. Но таких мало, это должен быть человек с открытой и чистой душой. А большинству людей нужно рациональное и разумное познание. Но, опять же, я не хочу, чтобы это было сухо. Не просто переписывать догматы, а чтобы было интересно.

— Как ты этого хочешь добиться?

— Я вижу в журнале не только теоретическое вероучение, но и литургическую рубрику. Я ещё, правда, не нашла человека, который бы её вел, но она нужна, потому что человек ходит на службы, наизусть может цитировать, но не понимает о чём речь, откуда эта молитва. То же и с предметами богослужения, облачением священника. Я тоже многого не знаю, хотя у меня образование соответствующее. И в этом безбрежном море незнания даже не знаешь, с чего начать. Но я хочу это ввести в журнал. Конечно же, должна быть рубрика для молодёжи. У нас есть прекрасный автор, отец Максим Шванцара. Человек, способный многое сделать на одном энтузиазме. Сейчас он переводит статью св. Порфирия Кавсокаливита о воспитании детей. И у меня есть задумка, о которой он ещё не знает: предложить ему вести молодёжную рубрику в виде блога. Он сам ещё достаточно молодой, ему всё это интересно. Он рассказывал, что у них в Подебрадах есть школа чешского языка для иностранцев, и он думает, как этих детей привлечь в храм. Потом, какие-то актуальные новости, что происходит в стране, и анализ этих событий с точки зрения православных. Потому что православный человек — такой же гражданин, или не гражданин, но его касается то, что происходит в стране. И эти события могут идти вразрез с его верой, или наоборот. Но православный человек должен быть образованный, мыслящий, философ даже. Нам присылают иногда новости из Моравии. Потому что православная жизнь есть не только в пражской епархии, и уж точно не только в Праге.

— А какие материалы ты бы советовала почитать в последнем номере журнала?

— Есть интересная статья, у которой будет продолжение, потому что очень большой материал. Она о православном монашестве в Австралии. Батюшка Антоний Дрда очень долго её писал, вложил всю душу в этот труд. Я сама читала, очень интересный материал. Он описывает несколько монастырей. И я так была удивлена, что там столько монастырей, а потом он упомянул, что в одном из них, самом многочисленном во всей Австралии, живёт семь монахов. В остальных чуть ли не по одному человеку. Потом статья Максима Шванцары о воспитании детей. Из Моравии нам прислали статью о том, как ведут православную миссию в Есениках. Там маленький приход, православных мало.

Ещё моё нововведение, не знаю, насколько читатели оценят, рубрика «Православная музыка». Ведёт её небезызвестный Алексей Клепцин. Он вообще потрясающий человек, я ему позвонила и предложила быть автором, он сразу спросил, когда прислать материал. И как раз у нас был январь, Рождество. И Алексей сделал свою джазовую аранжировку колядки, дал мне её прослушать. Очень интересно звучит. Мне сразу представился хор чернокожих, исполняющий колядки. Алексей присылает сопроводительный текст к нотам (как он пришел к этому) и свои произведения. Мы даём ссылку на его блог. Я взялась писать о праздниках, которые приходятся на месяц, и о святых. В первом номере была статья о Богоявлении, Крещении. Что это за праздник, с чем ассоциировался, традиции крещения воды, иконография праздника, что интересного происходит. Сейчас готовлю статью о святом мученике Игнатии Богоносце. И мне кажется, что для земных людей читать о святых немного скучно, потому что все обычно пишут как по шаблону: родился в благочестивой семье, пришёл к вере, его мучили, а он не отрёкся, и так далее. Ощущение надуманности, сказки какой-то. Я пытаюсь в каждом житии найти изюминку.

У меня есть статья «Сказочные святые», я впервые наткнулась на такое жизнеописание, оно меня поразило. Это история об индийском принце, хотя Индия с христианством вообще не ассоциируется. И вначале кажется, что историю с Будды писали, но события потом развиваются совершенно иначе. Принц живёт во дворце в заточении, не знает настоящей жизни. Потом, когда он вырывается из этого, то видит и бедность, и болезни. Но он не приходит, как Будда, к выводу, что земная жизнь бессмысленна. Он встречается с отшельником Варлаамом, который ему объясняет, что есть страдания, но есть и благой Бог. И принц с чистой душой принимает христианство. Злой отец пытается его переубедить. И женщинами его соблазняет, и мудрецами искушает. Но в итоге отец сам принимает христианство. И кажется, что это такая сказка со счастливым концом, но ты понимаешь, что христианство очень разное, будь оно в Индии, Чехии или России, для которой христианство традиционная вера. И каждый может найти что-то для себя интересное.

— Чешское православие как-то отличается от русского?

— Отвечу на вопрос, основываясь на своём опыте. Я начала ходить в церковь только здесь. И крестилась я достаточно поздно, в 20 лет. Но это было именно вдохновение, мне действительно этого захотелось. А когда я переехала сюда, то поняла, что все мои родные и друзья далеко, а Бог со мной здесь. Поэтому я пошла в храм. И у меня сложилось определённое впечатление, которое, как потом оказалось, было у многих иммигрантов. Здесь ощущается особая искренность. В России ты можешь быть православным только потому, что тебя в детстве покрестили, бабушка постоянно ходила в церковь, родители православные. Это традиция. А здесь такого нет. Особенно православные чехи, которые принимают эту веру вопреки всему, а не для чего-то. Если человек пришёл к этому, то это был такой душевный порыв, как будто Бог призвал, и не откликнуться было невозможно. У меня есть подруга из России. Мы с ней говорили об этом. И она рассказывала, что когда дома ходила в церковь, то было особо без разницы — сегодня ты пойдёшь или завтра, потому что там это всегда есть. А здесь каждый раз ходишь в церковь, как в последний раз. Потому что не знаешь, разрешат тебе молиться завтра или нет. Сегодня дали какой-нибудь католический храм для богослужений, а завтра надо будет искать другое место. В этом и проявляется искренность. Может быть, ещё различие в том, что здесь больше присутствует ощущение лёгкости, в России в храме на тебя как будто давят. Может, это потому, что я просто не знакома с российским православием, поскольку я там и не была ни разу в церкви. Но слово «лёгкость» — не означает, что к вере и службам несерьёзно относятся. К одному чешскому батюшке подошли люди из России с тем, что вот в Чехии не принято вычитывать все утренние и вечерние молитвы. Он ответил, что действительно, здесь знают только несколько молитв, но зато читают их искренне. И это лучше, чем ты читаешь уже третью страницу этих молитв, не понимая смысла. А Богу такая молитва не нужна. И в этом опять же есть искренность.

— Да, интересно. Скажи, ты уже более семи лет в Чешской православной церкви. И, как главный редактор православного журнала, ты уже наверняка составила своё мнение о том, что такое Чешская православная церковь в целом. А можешь сказать, сколько приходов, прихожан, кто они?

— Приходы очень разные и друг на друга не похожие. Каждый из них — как отдельная семья. Какой-то приход состоит больше из приезжих, какой-то — из чехов. В самом начале я, конечно, на Ольшаны пошла, потому что там всё на русском языке, всё привычно, всё понятно. А потом я начала знакомиться с молодёжью, ездить по Чехии. И попала в чешский приход. И мне там было даже лучше. Хоть служба и на чешском языке, но уж если язык понимаешь и знаешь общие правила, ход службы, то проблемы нет. И меня всегда восхищали православные чехи. Мне и сама история народа нравится, она тяжёлая, в ней постоянная борьба за веру, свободу, потому что это маленькое государство. И когда соединяются чех и православие, — это потрясающий синтез, который расцветает и даёт невероятные результаты. Мне даже становится немного неудобно, оттого что мне было легче в этом плане. Да, родители у меня не очень верующие, но определённый пласт русского православия во мне заложен. А здесь какая должна быть решимость, чтобы человек к этому сам пришёл. Есть приходы, где прихожане — украинцы, а батюшка — чех. И они прекрасно поняли друг друга. Так один батюшка нашёл интеграционный центр, попросил помочь украинцам одну чешку, которая там работает. Ей пришлось отстоять всю службу, хотя она не православная, чтобы потом помочь всем прихожанам решить их вопросы. Батюшка просто понимает, что он должен следить не только за духовной жизнью прихожан, но и за их повседневными проблемами.

— Я была очень удивлена, когда в Марианских Лазнях мэр города отстоял всю службу, хотя он не православный. Просто потому, что в городе много православных. И я увидела искренний интерес к церкви, к традициям, к этой вере.

— Мне кажется, что таким отношением мы обязаны святому новомученику, епископу Горазду: своим героическим поступком он и его последователи навсегда вписали православие в историю страны. Нынешние власти могут не понимать православие, не принимать его, недолюбливать, но игнорировать уже не получится. Кстати, в этом году церковь вспоминает 75-летие мученической смерти святого владыки Горазда.

— Расскажи о себе, пожалуйста.

— Я из Киргизии. Моя семья там ещё до революции жила. Семья моей прабабушки переехала с Кубани. Я была совсем маленькая, когда распался СССР, настали трудные времена. О Боге в нашей семье не говорилось. Но в девяностых у нас появились первые иконки, пластмассовые, с наклеенными образами. Они до сих пор у меня, уже выцветшие. И я помню, как, маленькая, протирала пыль с них, и у меня сердце замирало, когда я на них смотрела. Я старалась очень аккуратно протирать, чтобы не повредить ничего. В 10 лет я впервые прочитала детскую Библию, которую маме подарили баптисты. Для меня это была потрясающая книга. Я же не знала даже, кто такой Бог. И когда я открыла книгу, то спросила папу, кто главный герой книги. А папа у меня тогда был убеждённый атеист, но поступил честно, скажем так. Он ответил, что некоторые люди верят, что есть тот, кто сотворил нас, весь мир и управляет всем. Верить этому или нет — решать мне. И в тот момент я, видимо, решила. В 20 лет я сама захотела покреститься, на тот момент я уже училась в университете на международных отношениях, специализация у меня была «журналистика в международных отношениях». А в 25 лет, сидя на работе, я осознала, что хочу что-то поменять, уехать. Я, кстати, тоже тогда была главным редактором, такой перерыв в семь лет получился. И я позвонила в агентство и сказала, что хочу уехать учиться. И мне сказали, что есть два варианта: Великобритания, но это очень дорого, и Чехия, там образование на чешском бесплатное, но надо сначала курсы пройти. И я сразу приняла решение, что еду. И до сих пор мне кажется, что это не моё решение, а свыше распоряжение.

Я вселилась в общежитие, сижу плачу, потому что унылые стены, я одна, никого нет, я никого не знаю. Но в тот момент я поняла, что со мной Бог. И я пошла в храм. Позже мне захотелось больше углубиться в это, и я поступила на кафедру восточного христианства Гуситского теологического факультета в Карлов университет. До этого я полгода отучилась на гуманитарном факультете. И разница была огромная, на гуманитарном я была одна русская в группе, и со мной даже не здоровались, делали вид, что меня просто нет. Это было для меня психологически очень тяжело. А на теологическом была очень семейная атмосфера. Из-за такого рвения батюшка сначала очень настороженно ко мне относился, говорил, чтобы я осторожнее была, чтобы не сгорела дотла и не упала на землю. Но всё это укрепляло меня. Конечно, есть иногда искушения, думаешь, есть ли смысл во всём этом, правда ли это вообще.

Но я не понимаю людей, которые уходят из церкви, столкнувшись с каким-то искушением. Мне кажется, они там и не были никогда по-настоящему. Церковь — это лечебница, туда приходят болящие. И все разные. Поэтому, глядя на соседа по палате, думать, что он какой-то не такой, а значит, надо уйти, — неправильно. Тем более если ты вкусил уже церковной жизни, то не сможешь без этого. Даже если какие-то твои личные представления о церкви не совпадают с реальностью, ты вернёшься, найдёшь объяснение, простишь людей, которые сделали тебе плохо. И я никогда не понимала атеистов. С того самого момента, как я прочитала детскую Библию и папа мне сказал, кто такой Бог, для меня Бог стал абсолютно реален. Я чувствую его присутствие. Когда я что-то натворю, то он отдаляется от меня, и я стремлюсь снова восстановить с ним отношения. А как жить, не чувствуя этого присутствия? Ведь нет ни утешения, ни объяснения многим вещам. Вот это категория людей, которые для меня — загадка.

— Есть у тебя такая цель, чтобы журнал людей в церковь привёл?

— Конечно, такая цель есть, но для начала надо сделать так, чтобы человек его захотел открыть. И это очень долгая и тяжёлая работа. Конечно, когда ты новичок, то ты приходишь и думаешь, что сейчас такой номер сделаешь, что все закачаются. Конечно, это невозможно. Тем более что я не одна же здесь работаю, возникают разногласия иногда. Но думаю, что постепенно всё наладится. Я, если честно, не метила даже никогда на место главного редактора здесь. Мне позвонили и пригласили на собеседование. Я пришла, и владыка Михаил благословил меня стать редактором. Поэтому я верю, что для чего-то я действительно нужна в этом журнале. А образцом для меня является русский журнал «Фома», он именно для людей сомневающихся. И он очень стильный, можно так сказать. У меня рука тянется его взять. И я надеюсь, что наш журнал будет похожим. И люди сомневающиеся обратят на него внимание. Кроме того, пользуясь возможностью, хотела бы пригласить читателей «Пражского экспресса» к сотрудничеству с журналом. Возможно, кто-то захочет оказать и финансовый дар. Нам интересны истории людей, которые готовы рассказать, как они пришли к Богу, или рассказы простых прихожан об их приходе, священнике. Я буду признательна всем, кто откликнется. Наш контактный адрес: Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра..

Беседовала Ирина Шульц

 

 

Фото: Памятник Франциску Скорине в Праге на Градчанах. Памятник был установлен в 1996 году. Автор — скульптор Эдуард Астафьев

Седьмого февраля белорусские кинематографисты снимали в Праге кино — документальное свидетельство о первом белорусском первопечатнике Франциске Скорине. Для этого в чешскую столицу приехали автор сценария нового фильма, ведущий редактор студии «Летопись» Национальной киностудии «Беларусьфильм» Владимир Викентьевич Мороз и режиссёр этой же киностудии Игорь Чичерин. Фильм приурочен к 500-летию первой книги «Псалтырь», которую Скорина напечатал в Праге в августе 1517 года. Рабочее название фильма — «Першадруг» (от словосочетания «перший друг»).

 

Автор сценария рассказал корреспонденту «Пражского экспресса», что создатели картины движутся по следам Франциска Скорины.

Владимир Мороз: Из Вильнюса, где он жил, и Кракова, где он учился, мы приехали в Прагу. Мы снимаем фильм о Скорине, и, конечно, тут без Праги не обойтись. В Праге состоялось такое значимое для белорусской истории и культуры событие, как появление книги на белорусском языке, причём этой книгой была Библия. В этом смысле для нас, белорусов, значение Скорины, конечно, просто неоценимое. К сожалению, так получилось, что за эти 500 лет далеко не всегда помнили Скорину, особенно первые 200-300 лет. Только в XIX столетии вновь начал просыпаться интерес к личности Скорины. Его жизнь и деятельность связаны не только с Прагой. Но в нашем фильме Прага, конечно, является центральным пунктом. Его деятельность связана и с Вильнюсом, где он также издавал книги после того как уехал из Праги, с Краковом, где он учился, с Падуей, где он получал степень доктора медицины, с Римом, с Виттенбергом, где встречался с Лютером, с Кенигсбергом (Калининградом), с Москвой. География его передвижений очень обширная. Это всё говорит о том, что в Беларуси (в то время в форме Великого княжества Литовского) он жил абсолютно в европейском контексте, то есть не стоял вопрос, куда уехать, куда приехать. Вот называешь все эти места, а ведь ему же туда нужно было доехать — на колясках, в каретах, повозках. И это занимало гораздо больше времени, чем сейчас.

— Как проходит работа? С какими неожиданностями или трудностями вы здесь столкнулись, когда начали снимать фильм?

Владимир Мороз: В Праге нам помогло посольство Беларуси в Чешской Республике. Ведь Скорина брал за образец Библии чешские, которые уже существовали в то время в виде трёх изданий. Он переводил и с Вульгаты, латинской Библии, но чешская Библия была на национальном языке. В этом смысле для него это был образец, и мы хотели обязательно снять чешские Библии 1488, 1489, 1516 годов, и тут посольство помогло нам, нас приняли в библиотеке, показали эти старинные книги. Я считаю, это очень хорошо. И также посольство помогло снять библиотеку в Страговском монастыре. Конечно, такие интерьеры, как там, и столько в одном месте старинных книг — это должно создать атмосферу того времени, чтобы передать зрителю с экрана (хоть немножко!) ту обстановку, в которой работал Скорина, в которой он жил, а он явно был в библиотеке Страговского монастыря. Прага выбрана с прицелом на то, чтобы прочувствовать атмосферу Средневековья. Снимать не просто город, а город, где сохранилась ещё эта атмосфера.

— Когда планируется выход фильма?

Игорь Чичерин: Мы должны сдать его в конце апреля, после этого начнётся прокатная судьба фильма. Прокат будем предлагать всем организациям, обычно посольства такие фильмы берут. Необязательно в Праге. Посольство в Берлине, например. Ведь это история белорусского народа, и нужно её пропагандировать. Также, наверное, будет какая-то большая премьера в Минске после сдачи. Будем стараться. Фильм будет минут на 40.

— Вернёмся к биографии Скорины. Как долго он проработал в Праге?

Игорь Чичерин: С 1517 по 1519 год он печатался в Праге. Затем переехал в Вильнюс, его поддерживали те же меценаты, что и в Праге. Сначала он нашёл мастерскую, печатал здесь, затем перевёз оборудование в Вильнюс и продолжил свою деятельность там.

— Существует информация, что Скорина закончил свою жизнь в Праге, он работал при короле Фердинанде садовником.

Игорь Чичерин: Согласно грамоте короля Фердинанда 1552 года, возможно, последние годы жизни Скорина работал садовником и даже закладывал «сад на Граде», а затем погиб во время пожара в 1541 году. Всё очень туманно в его биографии, как туманно бывает и в Праге.

Владимир Мороз: В начале XIX века чуть ли не первым славистом, который начал возвращать память о Скорине, был как раз чешский славист Йозеф Добровский. Для нас это тоже важно. У него есть книги, и он дружил с нашим славистом Михаилом Бобровским, и, может быть, благодаря Добровскому и Бобровский тоже обратил внимание на Скорину в 20-е годы XIX века. Но это уже история.

— Расскажите, как относятся к памяти Скорины в Минске?

Владимир Мороз: В Минске стоит памятник ему около Национальной библиотеки. Даже центральный проспект некоторое время назывался именем Франциска Скорины. По-моему, его именем хотят назвать наш аэропорт. Было бы неплохо, ну или национальную библиотеку. Что-то решит правительство со временем.

— Как долго вы снимаете фильм в Праге?

Игорь Чичерин: Сначала полдня мы ходили, просматривали объекты для съёмки, затем два полных съёмочных дня у нас в Праге: Карлов мост, Староместская площадь, библиотеки, Пражский Град. В Праге много всего, но хочется снять Старый город. Это и плохо, и хорошо: нужно снять Прагу быстро и красиво.

Нам хочется сделать такой фильм, чтобы была видна связь времён, связь между прошлым и будущим. Поэтому, кроме всего прочего, мы берём интервью в Минске у Владимира Лиходедова, который по старым гравюрам изготовил печатный станок, специально для этого аппарата отлили матрицы и формы с текстом Библии. Похожие станки можно найти в музеях, но это будет просто макет. Этот же станок действительно работает. И нам интересно понять глубже, как этот человек пришёл к этой деятельности, почему его это заинтересовало. Также в фильме важно разбавлять закадровый голос разными интервью. Нам интересны люди, которые живут в наше время и занимаются созвучным, похожим делом. Например, мы нашли священника, который переводит уже в наше время Библию на белорусский язык. Важно, чтобы была параллель, и чтобы было созвучие между временами. Мы хотим реконструировать процесс книгопечатания, чтобы он прошёл сквозной нитью через весь фильм. И хотелось бы в фильме меньше слов, больше красоты.

Зоя Половинкина 

 

В последний день января в Праге состоялось очередное заседание Комиссии историков и архивистов Российской Федерации и Чешской Республики, которая была образована в 1995 году по инициативе исторических институтов Академии наук России и Чехии при поддержке Министерств иностранных дел двух стран. С российской стороны комиссию возглавляет президент Российского государственного гуманитарного университета, член-корреспондент РАН, профессор Ефим Иосифович Пивовар (на фото).

— Многие ваши труды посвящены истории эмиграции из России. Особенно подробно вы занимаетесь изучением эмиграции в бывшую Чехословакию и нынешнюю Чешскую Республику. Чем это вызвано?

— Меня привели в Чехию две вещи. Одна достаточно парадоксальная: моя фамилия Пивовар, и когда я приехал в эту страну, то увидел на вывесках слово «пивовар» (pivovar (чеш.) — место, где варится пиво на продажу, пивоваренный завод. — Прим. автора). Понятно, если ты видишь в чужой стране свою фамилию, это производит впечатление и удивление. Конечно, это шутка, и есть более существенная причина — культура страны. Культурный слой в Чехии очень глубокий. Я имею в виду памятники культуры, храмы, культурные ландшафты, города, сёла. Здесь присутствует не одна культура, здесь пересечение многих — немецкой, австрийской, венгерской, еврейской, польской, славянской. Здесь образовалась своеобразная полифония культур, хотя, конечно, были и жутко трагические события. И когда мне предложили участвовать в Российско-чешской комиссии историков и архивистов, которая формируется Национальным комитетом историков страны, я, естественно, согласился. Такие двухсторонние комиссии существовали ещё в рамках Варшавского договора. После 1991 года многие распались, но некоторые продолжают работать и сейчас.

— Чем ваша комиссия отличается от других?

— Наша Российско-чешская комиссия отличается от других тем, что в неё включены не только историки, но и архивисты. Мы включаем в комиссию ведущих историков-богемистов обеих стран и руководителей архивов — как обычных, так и архивов МИД. С чешской стороны сюда входят, например, руководители Славянской библиотеки, Академии наук, Карлова университета и т. д.

— Для обычного человека работа таких комиссий остаётся малоизвестной. Не могли бы вы рассказать об основных направлениях работы?

— Комиссия имеет план действий. Каждые два года, в январе, мы собираемся, чтобы наметить план работы на следующие два года. Такие собрания проходят попеременно в России или в Чехии. Заседание комиссии всегда сопровождается проведением конференции, куда приглашаются учёные и других стран: Австрии, Германии, Украины, Белоруссии и т. д. Намечается ведущая тема работы, например, в прошлом году нас интересовала история Чехословацкого легиона. Поскольку это совпало со 100-летием Первой мировой войны, было открыто много новых архивных материалов по этой теме. В результате архивисты подготовили двухтомник ранее не опубликованных документов, связанных с темой Чехословацкого легиона.

В этом году мы планируем две конференции к 100-летию Октябрьской революции 2017 года: в ноябре — в Праге, а в сентябре — в Москве. Кроме того, в мае этого года мы собираемся провести конференцию, посвящённую формированию русской эмиграции в Праге, будем говорить о том, как формировалась русская Прага, ведь известно, что русские были здесь ещё до основания Праги.

Как я уже сказал, в нашу комиссию входят архивисты, поэтому присутствие архивных проектов в нашей работе логично. Например, хорошо известно, что у нас с Чехией был совместный архив, который формировало русское зарубежье. Находился он в Чехии, потом, в 1946 году, его большая часть была перевезена в Советский Союз. Очень долго этот архив находился в закрытом доступе и не был изучен. С 1990 года все архивы открыты для исследователей, и наша комиссия провела большую работу по его изучению.

Что касается Чехии, то в Славянской библиотеке ещё остались документы, связанные с русским зарубежьем, например часть русской прессы. А Институте Масарика тоже есть русские фонды: картины художников, личная переписка, то есть есть материалы для дальнейшего изучения.

Бывают случаи передачи частных архивов, когда эмигранты или их потомки передают по собственной инициативе или по завещанию свои исторические коллекции на родину. То есть они передают материалы на хранение в Государственный архив России. Существует и другой путь получения архивов — это покупка частных архивов на аукционах. Наша комиссия участвует в таких аукционах. В России существует Росархив, который подчиняется непосредственно президенту. Росархив входит в нашу комиссию, так же, как, например, Госархив.

— Комиссия что-то издаёт?

— По итогам работы конференции страна, в которой она проходит, издаёт сборник статей историков и архивистов, принявших участие в конференции. Как правило, эти сборники содержат уникальные исследования о российско-чешских научных, культурных и общественных связях.

— Тема русской эмиграции в Европе ещё не исчерпана?

— Тема русской эмиграции далеко не исчерпана, она вечна. Прага является уникальным местом в этом смысле. Исторически сложилось так, что она стала столицей русской эмиграции вообще в Европе. Именно здесь сосредоточилась интеллектуальная часть русской эмиграции первой волны. Здесь создавались учебные заведения, от школ до университетов, научные центры, здесь училось огромное количество студентов, издавались газеты, журналы и т. д. Конечно, большую роль в этом сыграла так называемая Русская акция Т. Г. Масарика, который приглашал из России интеллигенцию и поддерживал её материально. Русская акция практически давала приоритет приехавшим русским профессорам, архивистам, историкам, которые, конечно, без поддержки чехословацкого правительства, вряд ли могли бы создать, например, исторический архив. Благодаря Русской акции люди, приехавшие в страну, могли творить. Многие идеи, которые рождались в эмиграции и были записаны, потом вернулись в Россию. Например, труды летописца Шахматова, которые и на меня лично оказали огромное влияние, были написаны в Чехословакии.

Конечно, русская интеллигенция тосковала по родине, но вместе с тем чувствовала себя здесь достаточно комфортно. Это всё-таки обусловлено близостью наших славянских культур. Но и это было не вечно. Вторая мировая война принудила многих бежать из страны.

Беседовала Ирина Физекова

Сержан Оралбаевич Абдыкаримов (на фото) с 16 марта 2015 года является Чрезвычайным и Полномочным Послом Республики Казахстан в Чешской Республике, а с 28 октября того же года — по совместительству ещё и в Словацкой Республике. В интервью «Пражскому экспрессу» господин Посол рассказал о двусторонних экономических связях между Казахстаном и Чехией и готовящейся выставке ЭКСПО-2017 с чешским участием, об антироссийских санкциях, о своей прекрасной стране, об экскурсиях на Байконур и о том, как казахстанцы чтят память о Победе в Великой Отечественной войне.

— Прежде всего я бы хотел поздравить всех ваших читателей с Новым годом, пожелать всем крепкого здоровья, долгих лет жизни, семейного и личного благополучия и дальнейших успехов. Этот год у нас начинается активно. Я имею в виду двухсторонние отношения. С 5 по 7 февраля состоится официальный визит председателя палаты депутатов парламента Чехии Яна Гамачека в Казахстан. Планируются его встречи с руководством страны, парламента, министерств.

Такая позитивная тенденция у нас началась во второй половине прошлого года. В ноябре состоялся визит министра иностранных дел Чехии Любомира Заоралека, а вместе с ним нашу страну посетили министр регионального развития Чехии Карла Шлехтова и очень солидная бизнес-делегация.

Затем 6 и 7 декабря прошлого года был осуществлён визит министра промышленности и торговли Чехии Яна Младека в Казахстан, где он провёл встречу с премьер-министром и другими официальными лицами, его сопровождала большая делегация из 40 компаний. Была успешно проведена двухсторонняя энергетическая конференция. Мы заинтересованы в том, чтобы чешские компании приняли участие в модернизации нашей энергетической структуры, в модернизации наших угольных шахт.

С начала текущего года теперь уже и парламентская дипломатия начинает активно свою работу. Мы приветствуем визит пана Гамачека в Казахстан по официальному приглашению председателя мажилиса (нижняя палата нашего парламента) Нурлана Нигматулина. В рамках визита также состоится бизнес-форум в сотрудничестве с Торгово-промышленной палатой по странам СНГ.

В ближайшем времени нам предстоят и другие мероприятия, а именно проведение в Праге 28 февраля — 1 марта этого года 9-го заседания Межправительственной комиссии по торгово-экономическому и научно-техническому сотрудничеству. Крупная делегация едет сюда для встречи с министром промышленности и торговли Яном Младеком и его заместителем Владимиром Бэртлом, который является сопредседателем Межправительственной комиссии. В рамках этого мероприятия будут обсуждаться все сферы нашего торгово-экономического и инвестиционного сотрудничества. Мы также планируем провести Рабочую группу по энергетике, что станет логическим продолжением той конференции по энергетике, которая состоялась во время визита министра Яна Младека в Казахстан в декабре прошлого года.

Господин Посол, вы такое прекрасное вступление сделали. Об интересах Чехии в Казахстане вы рассказали. А каковы интересы Казахстана в Чехии?

— Прежде всего, это интересы экономического и научно-технического потенциала, поскольку Чехия обладает развитой промышленностью и передовыми технологиями. В качестве приоритетов мы определили для себя сферы энергетики, машиностроения, сельского хозяйства, образования и туризма, включая медицинский. Как известно, в Чехии обучается более 2 тысяч казахстанских студентов, Чехия в этом плане очень привлекательна. Мы признательны чешскому правительству, что нашим студентам дают возможность изучения чешского языка, а затем и бесплатного обучения в университетах на чешском языке. В плане получения образования Чехия является весьма престижным направлением. Что касается туризма, то мы все прекрасно знаем достопримечательности Чехии, исторические памятники, минеральные курорты. Более 100 тысяч казахстанских туристов ежегодно посещают Чехию в различных целях. Значительную часть из них составляет лечебный туризм: Карловы Вары, Марианске-Лазне, Теплице и ряд других. В этом плане стабильный обмен туристами и студентами у нас продолжается.

Какова политика Казахстана по отношению к иностранным инвесторам?

— Казахстан создал благоприятные условия для активного привлечения инвесторов. Мы являемся, я бы сказал, самым притягательным местом для инвестиций в Евразии. За годы независимости мы привлекли около 250 миллиардов долларов, продолжаем улучшать инвестиционный климат, у нас работают очень серьёзные инвестиционные преференции, создано «одно окно» в Министерстве инвестиций и развития. Несмотря ни на какие кризисы и геополитические проблемы Казахстан продолжает политику привлечения иностранных инвестиций, бизнеса, технологий для активного развития нашей экономики.

Что касается санкционного противостояния на нашем континенте, то мы с самого начала выступали за их отмену, за скорейшую нормализацию торговых отношений между Россией, ЕС и Западом в целом. Мы не являемся участниками санкций, но они негативно влияют на нашу экономику, на жизнь простых казахстанцев. И, как мы видим, в последние годы в результате такой ситуации наш внешнеэкономический товарооборот падает.

Например, в 2015 году двусторонняя торговля с Чехией упала в два раза, а по сравнению с прошлым годом она упала ещё в два раза. То есть если в 2014 году торговый оборот составлял 1,2 млрд долларов, то в 2015 году он составил 670 млн долларов, а в прошлом году — 300 млн долларов. Ну кому выгодны эти санкции? Наш президент оказывает всевозможное содействие в том, чтобы все стороны пришли к соглашению, чтобы такие санкции были отменены и нормализовалась торговля.

Недавно Казахстан отменил визы для чехов. Связано это, прежде всего, с ЭКСПО-2017 и, по всей видимости, с зимней Универсиадой. Визы были отменены не только для чехов, но и для стран, представленных на ЭКСПО, я правильно понимаю?

— Да. Я хотел бы отметить, что безвизовый режим мы ввели примерно для 55 стран. Основная часть из них является членами Организации экономического развития и сотрудничества (ОЭСР). Туда входит и Чехия. Это было сделано, прежде всего, для привлечения инвестиций и бизнеса в Казахстан. И, конечно, в связи с зимней Универсиадой и международной выставкой ЭКСПО-2017 на тему «Энергия будущего». Хотел бы добавить, что в зимней Универсиаде в Алматы примут участие более 100 спортсменов из Чехии.

На этот раз участие в Универсиаде принимает просто рекордное количество стран.

— Около 60 стран. И, как сообщают казахстанские СМИ, наша Южная столица, так мы называем Алматы, уже готова принять всех спортсменов. Подготовлена соответствующая инфраструктура, дороги, лыжные спуски и много-много других объектов для того, чтобы всё прошло успешно.

Расскажите, как Казахстан сотрудничает с чешской стороной в рамках проведения ЭКСПО?

— Ещё в 2014 году, когда Казахстан выиграл в конкурентной борьбе право провести ЭКСПО, глава нашего государства пригласил официально руководство всех стран для участия в выставке. И 30 мая минувшего года чешское правительство приняло решение об участии в этой выставке. Мы признательны правительству Чехии за такое решение, поскольку ранее Чехия участвовала только в пятилетних всемирных выставках. Это Шанхай-2010, Милан-2015, Дубай-2020. Тема выставки «Энергия будущего» очень актуальна для всех стран мира, поскольку затрагивает вопросы защиты и охраны окружающей среды, снижения выбросов в атмосферу, использования новых альтернативных источников энергии, таких как солнце, ветер, вода, биогаз и ряд других. Это позитивно будет влиять на окружающую среду и, соответственно, на качество жизни и здоровье людей.

— Чешская делегация будет большая?

— Формат сейчас определяется. Выставка будет проходить в течение трёх месяцев. Поэтому мы исходим из того, что не только руководство, но и широкие деловые и научные круги, туристы посетят за это время выставку. Этому будет способствовать введение безвизового режима. Каждый гражданин Чехии сможет приехать без визы в Казахстан на 30 дней без регистрации. Если ему понадобится ещё раз приехать, то он может беспрепятственно выехать и въехать снова на 30 дней.

То есть нет ограничений, лимита?

— Да, он может в один свой приезд провести в нашей стране несколько дней, выехать, а потом снова въехать на 30 дней. Нет такого лимита, что в год он может только на 30 дней приехать.

Как надолго введён этот режим?

— Мы сказали, что с 2017 года будет безвизовый режим на 30 дней, но мы не говорили, когда он закончится. Я думаю, что это решение будет приниматься дополнительно на более позднем этапе. Но пока мы всех приглашаем в Казахстан — как на ЭКСПО, так и в туристических целях. Поскольку туризм и туристская инфраструктура сейчас активно развиваются в Казахстане, мы продолжаем работу с крупными туристическими компаниями Чехии, чтобы показать все наши привлекательные места и красоты, Великий шёлковый путь, горы. В Казахстане семь климатических зон, горы и озера, степи и пустыни, каньоны, много интересных мест.

Господин Посол, Казахстан очень активен в продвижении своего положительного имиджа за рубежом. Это видно во всём, и в том количестве мероприятий мирового уровня, которые проводятся в Казахстане. Бытует мнение, что такую активность Казахстан начал проявлять после скандального фильма «Борат».

— Я могу сказать, что активность мы начали проявлять ещё до этого фильма. Этот фильм, конечно, глупый, он ничего не имеет общего с реальностью в Казахстане, но я отношусь ко всему с долей юмора. И могу сказать, что фильм где-то даже поспособствовал узнаванию страны, люди начали интересоваться, что такое Казахстан, так ли это, в Интернете стало регистрироваться больше поисковых запросов про Казахстан.

У нас принята государственная программа по развитию туризма, транспортной инфраструктуры. Это очень важная часть экономики страны, которая может приносить значительные доходы в бюджет государства. Если мы возьмём Чехию, Италию, Турцию, страны Западной Европы и другие, то доходы от туризма в них превышают 20 %. Нам есть что показать: историю, культуру, современные достижения, красивейшие места для туризма. Горы, высокогорные лыжные курорты, озёра, Каспийское море. Байконур также становится привлекательным местом для туристов, которые хотят посмотреть запуск ракет. Такие туры у нас уже существуют. Некоторые чешские компании предлагают свои туры. В ближайшее время я планирую встретиться с руководством крупных туристических компаний Чехии, чтобы поговорить об этом направлении.

Скажите, Россия и Казахстан являются партнёрами, соседями с самой длинной границей в мире. Но когда они выходят на внешнюю арену, они соперники или союзники?

— Казахстан и Россия являются стратегическими партнёрами и союзниками. Наше партнёрство и дружба основываются на общей истории, географии, человеческих связях. Вы упомянули про границу, я бы хотел сказать, что это самая длинная непрерывающаяся сухопутная граница в мире, она составляет 7 тыс. 591 километр. Это длиннее, чем граница США и Канады. Мы являемся членами Евразийского экономического союза, у нас открыты таможенные границы. Всё это сделано для того, чтобы народы наших стран и наши государства могли спокойно и стабильно развиваться, используя конкурентные преимущества, используя свой транзитно-транспортный потенциал, экспортный потенциал, экономический, энергетический и многие другие преимущества. И я бы сказал, что Россия является для Казахстана первым страновым приоритетом. Мы настроены на дружеские, конструктивные, союзнические отношения на годы вперёд. Это заложено и в наших внешнеполитических документах. Нам Бог дал быть вместе друг с другом, возможность вместе развиваться в будущем.

Вы упомянули Бога. Седьмого января в Казахстане выходной день, праздник Рождества Христова. Тридцать процентов населения Казахстана — христиане. Казахстан одно из немногих многонациональных государств, в котором нет места национальным конфликтам.

— Действительно, Казахстан является межнациональным государством, где мирно проживают более 100 национальностей и этнических групп. Стабильность сохраняется благодаря твёрдой воле и ежедневной работе нашего президента и сплочённого народа. Двадцать пять лет назад нам предрекали мрачные прогнозы, что на фоне этнических и религиозных различий в Казахстане могут возникнуть конфликты. Однако мы сделали наше межнациональное согласие основным и ключевым элементом государственной политики, которое превратилось в важный фактор политической культуры. И благодаря такой политике нашего президента мы сохраняем и укрепляем наше общество, мирное доброе существование и развитие всех наций в нашей стране. Что касается праздника, он общий для всего Казахстана. Наше общество, разумеется, представляет мусульман, христиан, католиков, буддистов и другие религии и конфессии, но мы празднуем вместе все праздники: и Наурыз, и Рамадан, и Рождество, и другие религиозные праздники, поскольку это является для нас общей радостью, которой мы делимся друг с другом.

— Россию и Казахстан сближает и общая память о Великой Победе. Читала, что в Казахстане чуть ли не в каждом городе есть Вечный огонь, увековечение памяти тех, кто воевал. Как, в контексте такого отношения к войне и ветеранам, в Казахстане восприняли скандал, который возник в России по поводу героев-панфиловцев?

— Из Казахстана было призвано на войну более 1 миллиона 200 тысяч человек. Только половина из них вернулась домой. И мы свято чтим память о победе в Великой Отечественной войне, всегда внимательно и бережно относимся к нашим ветеранам, которых с каждым годом, к сожалению, становится всё меньше и меньше. Как вы правильно заметили, у нас в городах есть мемориалы с Вечным огнём, памятники героям. Патриотизм нашего народа, молодого поколения строится на уважении к тем подвигам и памяти наших отцов и дедов, которые отдали свои жизни в борьбе против нацизма, гитлеризма, и в нашей внутренней политике праздник Победы является святым. И в моей семье также. Мой дед прошёл всю войну, дошёл до Берлина, участвовал в освобождении Праги. К сожалению, в 70-х годах он скончался от ранений. Для нас и для меня лично память о моём деде, о том, что они сделали для нас, — это свято, они оставили мирное небо своим потомкам. Казахстан всегда выступает за недопущение переписывания истории, что мы видим в последнее время.

Что касается панфиловцев, то Парк имени 28 панфиловцев в Алматы, где горит священный Вечный огонь, для нас с детства является местом памятных событий и праздников. Нас там принимали в пионеры. Поэтому те дискуссии, которые были насчёт этого батальона… Я их, честно говоря, не понял и не принял. Мы свято верим в это, это наша общая история, история Казахстана и России. Мы были воспитаны на подвиге героев-панфиловцев, которые защищали Москву, отбросили немецкие войска и положили за это свои жизни. За свою Родину.

— Я могу с полной уверенностью говорить в вашем конкретном случае, что это не просто слова, но и дела. Четырнадцатого мая прошлого года мы с вами встретились за 300 километров от Праги, в Есениках, где чешский краевед разыскал захоронения военнопленных времён Второй мировой войны. Среди них были казахстанцы. Насколько я знаю, он передал вам эти списки, и вы их передали в Казахстан. Расскажите об этом.

— Мы, конечно, признательны Роману Янасу и его коллегам за то, что нас пригласили на эти памятные мероприятия. Мы с большим интересом поехали туда, получили всю информацию у Романа, мы находимся с ним в переписке, передали это всё в Казахстан, передали в СМИ, даже часть родственников обращались к нам по поводу возможности организации поездок. Мы работаем с Министерством обороны Чехии, чтобы получить дополнительную информацию о тех казахстанцах, которые могли быть захоронены здесь. В этом году на возложении венков я планирую быть в Словакии. Последние два года мы возлагали венки на Ольшанском кладбище, где также похоронены воины из Казахстана, но теперь мой долг — отдать долг памяти тем, кто погиб в Словакии, быть на памятных мероприятиях в Братиславе 8 мая.

Задам сразу два вопроса о геополитике. Как восприняла инаугурацию американского президента политическая элита Казахстана? И второй вопрос касается переговоров по Сирии в Астане: роль Казахстана.

— Избрание любого руководителя государства — это право и дело того народа, который выбирает своего президента или премьер-министра. Мы принимаем выбор американского народа. Мы исходим из ожиданий, что каждый новый президент принесёт что-то позитивное, новое в повестку дня своей страны и международных отношений. Конечно, мы хотим надеяться, что приход нового главы Белого дома станет позитивным в плане нормализации отношений с Россией, с другими странами, и что это поможет решению таких актуальных проблем, как война с терроризмом, война в Сирии, ситуация на Ближнем Востоке и в других регионах планеты. Поэтому мы только приветствуем те позитивные сигналы, которые идут из Вашингтона, и готовы поддерживать такие позитивные изменения, которые будут полезны и выгодны и для Казахстана.

Что касается недавних межсирийских переговоров в Астане, по просьбе президентов России и Турции, наш Президент высказал готовность оказать всевозможное содействие в качестве площадки для переговоров, что способствовало бы скорейшему установлению долгожданного мира в многострадальной стране. Мы не являемся участниками переговоров, мы нейтральная сторона, готовая создать все благоприятные условия для таких переговоров с тем, чтобы стороны могли договориться о скорейшем прекращении огня и дальнейшем мирном процессе в Сирии.

В 2017-2018 годах Казахстан является непостоянным членом Совета Безопасности ООН. На протяжении всего периода нашей независимости мы проводим миролюбивую, предсказуемую и сбалансированную внешнюю политику, направленную на обеспечение благоприятных условий для внутреннего развития страны. И Казахстан будет поддерживать самые добрые и мирные инициативы, которые будут способствовать прекращению военных конфликтов, кровопролитных ситуаций в разных точках планеты. И мы готовы содействовать этому процессу совместно с мировым сообществом.

Я смотрю на книги, которые стоят здесь в кабинете. Это перевод «Кочевников» на чешский язык. Расскажите об этом.

— В прошлом году мы отмечали 550-летие создания Казахского ханства. Об этом процессе писал в своих книгах наш известный писатель Ильяс Есенберлин. Он назвал эту историческую трилогию «Кочевники». В ней описываются исторические страницы того времени, отношения между людьми, быт, трагичные сцены и многое другое. Она переведена на многие языки мира. И мы перевели её на чешский язык, чтобы люди здесь могли узнать больше о нашей культуре и истории. Первая книга — «Заговорённый меч», вторая — «Отчаяние», третья — «Хан Кене», последний хан в нашей степи. Мы направляем эту трилогию в крупнейшие центральные и региональные библиотеки Чехии, хотим разместить на сайте, чтобы можно было скачать её в свободном доступе. Кроме того, мы планируем ряд других культурных проектов, чтобы чешская общественность могла больше узнать о нашей стране.

— Скажите, пожалуйста, сейчас Казахстан использует кириллицу, но к 2025 году перейдёт на латиницу, это правда?

— Такая задача была объявлена. Казахстан уже пользовался латиницей до Октябрьской революции 17-го года, до этого была арабская вязь. Латиница упрощает делопроизводство, обучение. В эпоху глобализации, когда на первое место выходят Интернет, информационные технологии, социальные сети, можно предположить, что с внедрением латиницы это будет более простой, удобный способ общения и использования информационных технологий. Через это прошли многие страны, включая азиатские (Малайзия, Турция, Узбекистан и другие). И мы думаем, что такой процесс принесёт пользу для экономики нашей страны.

— В конце интервью расскажите, пожалуйста, о себе, но неформально.

Моя задача — делать всё, чтобы моя родина развивалась, народ жил лучше. В этом плане надо много работать, перед страной стоят большие задачи по модернизации экономики, общества. Перед нами ставят задачи Президент и Министерство иностранных дел. Всё направлено на повышение благосостояния нашего народа, на привлечение инвестиций, бизнеса и новых технологий, развитие всесторонних и взаимовыгодных отношений между странами. И основная моя задача состоит в этом.

Что касается личной жизни, то я такой же человек, как и все. Люблю путешествовать. У меня три сына, младший сын родился здесь, в Праге. Поэтому Прага для меня — особое место. И просто мне комфортно работать здесь. Это один из красивейших городов, я считаю, не только в Европе, но и в мире. Здесь добрые, отзывчивые люди, очень вежливые. Я люблю ездить по Чехии, изыскиваю разные возможности, чтобы посетить новые места. Люблю исторические книги. Люблю играть в большой теннис, плавать, сейчас хочу продолжить занятия гольфом.

Мне бы хотелось, чтобы больше чехов знало о Казахстане, что есть такая страна Казахстан, куда можно поехать и получить массу положительных эмоций. Поэтому хочу поблагодарить вас за интерес, за сегодняшнее интервью, которое поможет узнать больше о моей стране, о наших отношениях с Чехией, о наших взаимных интересах и перспективах на будущее.

Беседовала Ирина Шульц

Фото: Алексей Норкин

 

На фото: Иржи Клапка в Москве фотографируется с «Серебряным лучником», а в это время в Праге его коллега получает эту премию. Фото из личного архива Иржи Клапки

В Чехии существует конкурс на знание русского языка, который, если учитывать временной отрезок, может дать фору любому подобному языковому состязанию — несмотря на все политические потрясения, он проводится уже 50 лет! Конкурс «АРС-Поэтика — Памятник Пушкину» проходит под эгидой Чешской ассоциации русистов, которую возглавляет Иржи Клапка. В этом году конкурс «АРС-Поэтика — Памятник Пушкину» был удостоен специального приза на первой церемонии вручения премии в области коммуникаций и общественных связей «Серебряный лучник — Чехия». Через месяц после знаменательного события мы встретились с Иржи Клапкой, чтобы расспросить его о поездке в Москву и узнать, каково это — быть обладателем премии, престижной в России и только начинающей свой путь в Чехии.

 — Господин Клапка, вы лично не были на вручении премии, но по очень уважительной причине…

— Да, меня, к сожалению, не было на церемонии, потому что я в это время был в Москве. Статуэтку получила моя коллега Клаудия Эйбенова, заместитель председателя Чешской ассоциации русистов, которую сопровождал мой 10-летний сын Иржи. Приблизительно в то время, когда Клаудия Эйбенова получала в Праге приз, в Москве, в здании Правительства Москвы закончилось заседание Фонда «Русский мир», в работе которого приняли участие более 900 делегатов из 95 стран мира. Я был среди них. И вот идём мы с друзьями по коридору, где выставлены различные призы и награды, дипломы и вазы, а среди них на почётном месте стоит статуэтка «Серебряного лучника». Моя коллега Эва Маленова предложила сфотографировать меня с «Лучником». Ровно в эту же минуту, когда она меня фотографировала, мне пришли две эсэмэски: одна — от супруги, вторая — от коллеги Клаудии Эйбеновой, обе сообщали, что мы удостоены специального приза «Серебряного лучника» в Чехии. Эта информация очень быстро стала достоянием всех делегатов, так что мы могли это событие и отметить вместе. Как говорится, хорошие моменты притягиваются, и в этот вечер меня ожидали и другие приятные события. С камерным оркестром перед нами выступил мой многолетний друг Андрей Романов — солист Академического хора имени Александрова. Он меня позвал на сцену, и мы вместе с ним исполнили песню Карела Готта «Леди Карнавал». По приезду в Измайлово, в 21:00 состоялся мой сольный вечер под названием «Странствующие песни» — о чешских музыкантах в России, и особенно о знаменитом дирижёре Эдуарде Направнике, 100-летие со дня смерти которого приходится на этот год. Мою программу очень хорошо приняли и пригласили с ней в другие европейские страны и в США. Но больше всего меня забавляет приглашение в Кению — выступить во Французском институте перед русскими и чехами, живущими в этой стране, а также перед местными жителями, которые понимают русский и чешский. Это выпускники чешских (чехословацких) и российских (советских) вузов.

— Как коллеги в Чехии восприняли то, ваш что конкурс был награждён специальным призом?

— Приведу слова пани Эйбеновой на вручении премии: «Проект «АРС-Поэтика — Памятник Пушкину» вот уже 50 лет является неотъемлемой частью мотивации моей работы. Я лично с большим волнением приняла награду из рук Леонида Гамзы, представителя «Россотрудничества» в Чешской Республике. Статуэтку «Серебряный лучник» и диплом принимают сегодня вместе со мной сотни тысяч учителей, и каждый из них держит за руку десятки своих учеников. Мы готовим в 51-й раз наш конкурс, и я с нетерпением жду возможности сообщить коллегам о столь высоком признании нашей работы. Я всегда учила своих учеников так, как будто я учу своих собственных детей, направляла своих учеников к тому, чтобы они узнали и ощутили богатство русской культуры. Думаю, что у всех тех детей, кто участвовал в конкурсе, остались дружеские и добрые чувства к России. Вы не можете себе представить, какая радость меня наполняет, когда я вижу, что наша работа высоко оценена».

— Какими ещё впечатлениями от поездки в Москву вы можете поделиться?

— У меня была заранее спланированная, очень насыщенная поездка. Участие в заседании Президиума Международной ассоциации преподавателей русского языка и литературы (МАПРЯЛ), в собрании Фонда «Русский мир», у меня был запланирован ряд выступлений в чешском посольстве и в других местах. Когда я прилетел в Москву, то там меня ожидал сюрприз: приглашение в Кремль на Торжественный приём по случаю Дня народного единства. Этот приём заслуживает отдельной публикации под заголовком «Всё на самом высоком уровне». Всё было прекрасно и достойно: место, где проходил приём, люди, принимавшие в нём участие, концертная программа. На следующий день со своей сольной программой я выступил в Государственной детской библиотеке, где публика состояла больше из детей, чем из взрослых, среди них были и богемисты, которые попросили меня спеть песни Карела Гашлера. Для детей я спел чешские народные песни, прекрасно переведённые на русский язык, таких переводов к сегодняшнему дню я нашёл более сорока. Прямо на месте известный богемист Максим Кривошеев обогатил меня ещё одним переводом известной песенки: «Kočka leze dírou pes oknem, nebude-li pršet nezmoknem» («В подпол лезет Жучка, с нею кот, если в небе тучка — дождь пойдёт»). Песенка написана в мажоре. Но я ещё для развлечения спел её в миноре, в миноре её мелодия похожа на начало симфонической поэмы Сметаны «Влтава»…

— В Чешской ассоциации русистов выходят интересные издания. Представили вы что-то в Москве?

За время поездки я представлял книги и другие издания нашей ассоциации. Например, русско-чешское издание книги Забранского «Zlatá brána otevřená — Trincy, Brincy, Bubency» (песенник русских песен) и чешско-русско-словацкое издание книги Карела Яромира Эрбена «Kytice–Букет–Kytica». Эту книгу мы издали в 2011 году в переводе Николая Асеевa.

Издание вдохновило многих русских переводчиков и людей искусства, в том числе и замечательного актёра Александра Минаева, который выполнил перевод некоторых баллад; необыкновенный режиссёр Кира Мещерякова летом снимала фильм по мотивам книги с русскими и чешскими актёрами. В Москве в Чешском центре к 205-летию Карела Яромира Эрбена 7 ноября состоялась презентация нового перевода книги Эрбена «Букет», которая находится в сборнике «Предания, сказки и мифы западных славян» вместе со сказками Божены Немцовой, Адольфа Венига и Матея Микшичека. Вы не представляете, как меня радует тот факт, что книга в очень хорошем переводе Галины Лифшиц-Артемьевой была издана в серии «Библиотека всемирной литературы» и стоит рядом с произведениями Гомера, Шекспира, Мольера, Гёте и других великих писателей.

— Что вы думаете, как премия «Серебряный лучник — Чехия» должна развиваться в будущем?

Большое спасибо этой премии, которую я воспринимаю как оценку проектов в области народной дипломатии. Несмотря на то, что в нашем обществе искусственным образом создана атмосфера русофобии, существует масса чешско-российских проектов, которые просто необходимо поддержать и оценить. Мне кажется, что премия может помочь оценить, сделать известными, помочь людям, которые бескорыстно и скромно работают долгие годы. Это важно.

Пражский экспресс

 

В этом году Чешские центры, подведомственная МИДу Чешской Республики организация, которую с лета этого года возглавляет Ян Завешицкий, приняла участие в конкурсе «Серебряный лучник — Чехия». Проект Чешских центров «Ночь литературы» был удостоен диплома премии, а директор лично присутствовал на церемонии награждения. Генеральный директор Чешских центров Ян Завешицкий своё первое интервью русскоязычной прессе любезно согласился дать газете «Пражский экспресс».

— Расскажите, пожалуйста, какие проекты вы реализуете в России?

— Совсем недавно мы начали расширять наши проекты в области науки, исследований, инноваций и спорта. А культуру мы воспринимаем как средство коммуникации, объединения и сотрудничества в различных сферах. Работаем и по другим направлениям, например в области кулинарии или сельского хозяйства, которые считаем весьма перспективными, и у нас есть партнёры, проявляющие интерес к данным направлениям. Культура открывает любые двери и является одной из центральных тем для поддержки международных отношений. У нас сейчас проходят интересные совместные проекты, например с производителями чешского стекла и чешской бижутерии.

Не могу не напомнить о той роли, которую играют Чешские центры в области обучения и популяризации чешского языка за рубежом. Надо отметить, что к обучению чешскому языку в России очень большой интерес, и мы бы хотели его поддерживать и развивать, больше привлекать к взаимному сотрудничеству русские и чешские образовательные учреждения, работать в области взаимовыгодного обмена технологиями, делиться опытом и результатами исследований. Необходимо открыть дорогу к Чешской Республике, рассказать не только о том, что уже знают, но и том, что незнакомо. Работаем в этой сфере по известным алгоритмам — расширяем знания и формируем позитивное отношение к Чехии, придумываем, реализуем и координируем проекты за границей. Чешские центры можно рассматривать, как специальные точки презентации нашей страны. Здесь проводятся оригинальные выставки, экскурсии, дегустации, концерты, используются самые различные формы презентации. И всё это служит только одной цели — приблизить Чешскую Республику к тем, кто хочет её лучше узнать и интересуется нашей страной.

Проектов по линии культуры достаточно много. Из последних хотел бы выделить премию «Серебряный лучник — Чехия», где были рассмотрены и отмечены программы, развивающие русско-чешские отношения. Это впечатляет, когда видишь, сколько хороших проектов представлено, и успешные примеры сотрудничества вдохновляют для дальнейшей работы в России. Акции подобного типа высоко оцениваю, в них заложен огромный потенциал привлечения людей и создания сети полезных контактов. Мне это мероприятие понравилось, это хороший проект, пример, который окрыляет. Мы подумываем, может быть, нам тоже провести что-то подобное за границей…

— Сколько всего чешских центров работает в мире?

— Сейчас у нас работает 22 центра по всему миру. В России мы работаем с удвоенной силой и усердием. В Чешском центре в Москве мы организуем выставки, просмотры кинофильмов, круглые столы, встречи, с целью представить современную культуру нашей страны. А Чешский дом в Москве работает для поддержки чешского бизнеса, в области экономической дипломатии и установления добрососедских отношений.

— А как формируется ваш бюджет?

— Как подразделение МИДа Чешской Республики, мы получаем от него дотации. Часть финансирования получаем из внебюджетных средств. Работаем над тем, чтобы достойно представлять нашу страну. Стараемся быть привлекательными для наших спонсоров и партнёров в области проведения культурных мероприятий за рубежом. А учитывая то, что мы проводим каждый год более 2.500 акций по всему миру, то могу отметить, что у нас всё идёт хорошо.

Мы работаем с крупными чешскими компаниями. Я хотел бы, чтобы их интерес к нашей деятельности был несколько выше. Мы всегда с радостью встречаем тех, с кем можем взаимовыгодно сотрудничать, кто заинтересован в поддержке проектов по линии культурной дипломатии. Наше культурное наследие — это то, что, наряду с брендами Чехии, отвечает культурным запросам людей и формирует доброе имя Чешской Республики во всём мире. В этой области мы сотрудничаем также с частными компаниями за границей. У нас есть несколько успешно реализованных проектов. В этом направлении будем двигаться и дальше.

Каковы для вас критерии оценки эффективности работы конкретного чешского центра за рубежом?

— Основной оценкой является соответствие работы целям международной политики. Оценивать эффективность работы Чешских центров с экономической точки зрения было бы ошибочным. Конечно, мы учитываем в нашей работе финансовый аспект, ведём переговоры по экономическим показателям, но финансовый баланс оставляем за бизнесом. Возращение денег в государственную казну — это было бы лишь частью успеха. То, что приносят культурная дипломатия и выстроенные долгосрочные взаимоотношения между странами, на деньги перевести нельзя. Можем зарегистрировать только некоторые аспекты: например, каждая вложенная крона в нашу деятельность приносит три кроны в других проектах. Самой ощутимой выгодой, которую невозможно пересчитать на деньги, являются поддержка и завязывание долгосрочных и качественных взаимоотношений. Чешские центры строят социальный капитал, формируют образ Чешской Республики. Чешские центры эффективно владеют так называемой экономикой внимания. Она складывается из нарастающего объёма информации о Чехии. Во времена постоянно растущего предложения очень важно находить возможность для привлечения внимания потенциального зрителя или посетителя. И сейчас внимание — это самый ценный товар. Благодаря Чешским центрам эту роль удаётся эффективно выполнять, и мы будем и далее их использовать для различных мультикультурных акций. Основной акцент мы делаем на то, чтобы наша деятельность была связана с предложением высококачественного продукта.

Одним из критериев эффективности является общественное мнение по отношению к Чехии в данной конкретной стране. Необходимо подчеркнуть, что директора «Чешских центров» очень много и очень эффективно работают.

— Работаете ли вы с чехами за рубежом?

— Нашей главной целевой группой являются граждане страны, в которой непосредственно работает Чешский центр. Это означает, что мы нацелены на россиян, англичан, немцев и т. д. Но если чех придёт в Чешский центр в Москве на выставку или на чешский фильм, то мы, конечно, будем рады. Чехи свою культуру знают хорошо и за границей не ходят на чешские проекты. Это понятно и логично. Совершенно иначе с чехами, которые давно переехали жить в другую страну, или с их потомками. У нас налажено прекрасное сотрудничество с МИДом Чехии, где есть специальный отдел по работе с нашими соотечественниками.

— Кто работает в Чешских центрах?

— На постоянной основе у нас работает около 100 сотрудников. С точки зрения менеджмента, мы относимся к среднему бизнесу. В Чешском центре за границей всегда работает директор и его команда. Всегда есть и отличия, в зависимости от страны в которой открыт Чешский центр.

В Чехии проживает около 35 тысяч русских соотечественников. Думали ли вы о каком-либо взаимодействии с русской общиной?

Миссией Чешских центров в первую очередь является презентация Чешской Республики за рубежом, например, так работает Чешский центр в Москве. Каждый год под его эгидой проходят десятки культурных акций и рабочих встреч.

Что касается русских граждан, которые проживают в Чешской Республике, то мы были бы рады продолжить и укрепить взаимовыгодное сотрудничество при организации совместных акций в области культурной дипломатии. У нас много идей, и наши двери открыты для переговоров с российскими гражданами, проживающими не только в Праге, но и по всей Чехии.

Вы весьма молоды для такой должности. Расскажите, пожалуйста, о себе.

— Спасибо вам за комплимент, конечно, но понятие «молодой» достаточно относительное, и если обратиться к моему образованию и опыту, то станет понятно, что я, наверное, нахожусь в возрасте, абсолютно соответствующем этой ответственной работе.

Я учился в Масариковом университете в Брно на факультете социальных наук, отделение международных отношений. В своей карьере я много времени уделял вопросам безопасности, обороны, европейской интеграции и взаимовыгодного сотрудничества между странами. Я автор нескольких научных публикаций на эту тему. Во время обучения был участником проекта, связанного с проблемами структурных фондов Европейского союза в частном и общественном секторе. Много работал в управленческих проектах: по привлечению инвестиций, по образованию, маркетингу; с 2007 года работал как независимый консультант в различных областях и как консультант во многих министерствах. Мой ключ к успеху? Простой путь: цель, план, концепция, осуществление задуманного. Ещё немного бы удачи, особенно в отношении привлечения людей, с которыми работаешь. Стараюсь управлять головой, а путь к успеху прокладывать сердцем.

 

Беседовала Елена Сорокина

Фото: Серебряный Лучник – Чехия

Десятый год подряд Рей Корантенг, многолетний ведущий новостей на телеканале «Нова»( Nova), принимает участие в шахматном турнире, который проводится в РЦНК. На «Зимнем гамбите — 2016», в перерыве между шахматными партиями, мы задали Рею несколько вопросов.

— Почему вы принимаете участие в этих турнирах? Откуда такое постоянство?

— Я даже не могу сосчитать, сколько лет я знаю Андрея (Андрей Фозикош — один из организаторов. Прим. ред.). Я очень люблю играть в шахматы. Для меня это такой массаж мозга. В первые годы турнира у меня всё складывалось отлично в игре, но с каждым годом в турнире принимают участие всё более сильные игроки, а мои результаты становятся всё хуже. (Смеётся.)

— Что вас интересует, кроме шахмат?

— Я очень любопытный человек. Меня интересует спорт. Я играю в бадминтон, езжу на горном велосипеде. По образованию я политолог, поэтому история и политика мне тоже очень интересны.

— Если бы вы получили приглашение на какое-то другое русское мероприятие, пошли бы?

— Я не выбираю мероприятия «по национальности», я смотрю на людей, которые стоят за мероприятием. Конечно, когда мы идём на какое-то мероприятие, мы консультируемся с руководством телеканала, главное — чтобы мы не принимали участие в каких-то политических мероприятиях или не попали на мероприятия подозрительных предпринимателей. Никаких национальных предпочтений. Мне кажется иногда, что русские абсолютно зря думают, что весь мир против них. Так говорят, например, некоторые мои русские друзья. Я им объясняю, что никто против них не настроен. У чехов, конечно, существует определённая осторожность. Чехия географически находится в таком месте, что с одной стороны у неё всегда был большой германский народ, а с другой — большой славянский. А маленький чешский народ должен был выживать. Да, конечно, Крым чехов напугал. Способ, которым это было сделано, очень неожиданный для нашего понимания, для нашего менталитета.

Пражский экспресс

 

Фото: Фб Александра Тышкевича

Несколько дней назад чешская организация «Человек в беде» (за границами Чехии организация называется по-английски People in Need (PIN) – Прим.ред.) лишилась аккредитации для работы на территории, неподконтрольной Украине. Мы связались по Интернету с председателем чешской общины Донбасса Александром Тышкевичем, который работал в «Человеке в беде» в Донецке, и попросили его поделиться воспоминаниями и рассказать, за что он судится с чешской гуманитарной организацией.

— Александр, вы несколько лет проработали в чешской организации «Человек в беде» на территории Донбасса, где вы постоянно проживаете. Как вы восприняли новость о том, что организация лишена аккредитации?

— Я начал работать в PIN 17 ноября 2014 года и проработал там до 31 марта 2016 года. Работал именно на неподконтрольной Украине территории, офис PIN был в Донецке. Новость о лишении аккредитации меня очень огорчила.

— Почему?

— В условиях гражданской войны, а в Украине, по моему мнению, есть все признаки этого, хотя официально об этом не говорят, любая гуманитарная помощь нужна. Многие жители сёл и городов, живущие на территориях, неподконтрольных Украине, не имеют работы, их жильё полностью или частично разрушено. Поэтому гуманитарная помощь им необходима.

— Как сказано в заявлении Пушилина, «причинами лишения аккредитации стал ряд нарушений со стороны организации, среди которых выстраивание коррупционных схем, попытки вывоза гуманитарной помощи для дальнейшей её реализации под предлогом порчи, ведение провокационной деятельности и крайне презрительное отношение к народу ДНР». Наговаривают?

— Не думаю, что выдвинутые обвинения в их адрес, безосновательны. Если лишили аккредитации, значит, собрали какие то факты их незаконной деятельности. Иначе зачем запрещать работать организации,, которая помогает людям?! Для этого наверняка были какие-то веские поводы. Какие именно, мне неизвестно, думаю, что это вопрос к руководству организации. PIN меня самого очень удивлял, когда я в нём работал, не всё в этой организации соответствовало тому, что декларировалось. Увы.

— Можете привести примеры?

— Например, меня очень удивляло и удивляет до настоящего времени, что PIN абсолютно не помогал чешской общине, которая есть на неконтролируемых территориях. Абсолютно ничем и никогда. Хотя финансирование организация получает и от чешского МИДа. Мы неоднократно обращались с просьбами о помощи к руководству PIN. Вначале устно, потом и письменно. В начале июля этого года заместитель нашей чешской коммуны лично отнесла и зарегистрировала в офисе PIN в Донецке нашу просьбу о помощи. Письмо было адресовано исполняющей обязанности офиса Екатерине Свириденко, которая в то время руководила офисом в Донецке. Ни письменного ответа, ни самой помощи мы так и не получили. Было полное игнорирование со стороны PIN. А теперь, когда организация получила запрет на свою деятельность, это стало невозможно в принципе.

Однажды меня крайне удивил и расстроил отказ на мою письменную просьбу от 24 декабря 2015 года, который я получил от Дины Уразбаевой (главы миссии PIN в Донецке на тот момент). В ней я просил отпустить меня с работы на несколько часов раньше, так как в этот вечер в нашей общине и в моей семье планировалось торжественное мероприятие по поводу Рождества. Хочу заметить, что все иностранцы ещё 20-21 декабря спокойно уехали отмечать Рождество. А местные сотрудники продолжали работать. Однако в этом мне было отказано, пришлось отработать полный рабочий день до 17:30. А на следующий день, 25 декабря, все женщины из офиса были отпущены с работы (но рабочий день им был зачтён), так как вечером был банкет в ресторане. Мне до сих пор непонятно, почему было принято такое решение. Кругом обстрелы, народ еле выживает, можно сказать, что и голодает, а гуманитарная организация закатила банкет в дорогом ресторане в центре Донецка. Это выглядело приблизительно как пир во время чумы. Причём, явка в этот ресторан была для всех сотрудников обязательной. Многие возмущались, но пришли, так как боялись не угодить начальству.

Многих рядовых  сотрудников возмутило, что их в приказном порядке заставили подписать некие «принципы PIN», в которых обязывали осуществлять слежку друг за другом и в случае недонесения начальству грозили увольнением. Также в этом документе указывалось, что PIN будет оплачивать только 10 дней в году, если сотрудник заболеет. В связи с этим, например, те, кто заболевал гриппом или пневмонией, лечились за счёт своего отпуска или вообще ходили больными на работу. В коллективе была намеренно создана атмосфера страха, пугали увольнением за любой проступок. Причём непонятно за какой, так как отсутствовали должностные инструкции. Также никто из местных сотрудников не был застрахован (кроме сотрудников-иностранцев), и если бы кто-то из нас погиб  или получил бы ранение, то не было бы никакой компенсации ни самому сотруднику, ни его семье. Психологическое напряжение из-за всего этого в коллективе было огромным.

Эти происшествия как-то впоследствии повлияли на ваши отношения с PIN?

— Мне сложно это однозначно оценить. Я тогда не решился высказать свой протест публично, боясь репрессий со стороны руководства PIN. Думаю, что руководству PIN было абсолютно всё равно, что мы думаем. Им было важно получать финансирование от доноров. Это их по-настоящему волновало. У многих из нас было ощущение, что к сотрудникам в Украине относятся как к бесправным рабам. Не существовало никаких должностных инструкций, нарушались даже сами трудовые договора, велась негласная слежка за сотрудниками и т.д.

— Слежка?

— Например, в мою личную электронную почту кто-то неоднократно входил с территории Чехии и Турции, где у PIN есть филиал. Я не могу утверждать точно, что слежка за сотрудниками велась со стороны PIN , но ай-пи адреса мне удалось установить, с каких заходили в мою почту из других стран. Надеюсь, суд в Страсбурге в этом разберётся.

— Расскажите, что входило в ваши обязанности?

— Согласно трудовому договору, я был принят на должность оператора по сбору и обработке информации. В действительности же я работал менеджером в отделе гуманитарной помощи, а впоследствии и специалистом по связям. В мои прямые обязанности входило также и получение разрешений на работу для PIN на неподконтрольных Украине территориях. Я также я участвовал в контроле над раздачей гуманитарной помощи населению, пытался наладить оказание помощи инвалидам. Много ездил по населённым пунктам, собирал различную информацию о том, кто в чем нуждается, обрабатывал её и сообщал руководству филиала. Потом я был переведён в отдел, который занимался восстановлением разрушенного жилья. Я также помогал разным журналистам из Чехии и Словакии в получении разрешений для их работы на неподконтрольных Украине территориях, иногда сопровождал их в работе.

— То есть, за организацией есть и реальные хорошие дела. Как относились жители Донецка к такой помощи?

— Да, безусловно, помощь от PIN была довольно существенной. Жители были рады любой помощи, в том числе и от PIN. Ходили шутки, что если помощь будет хоть от президента Украины или от министерства обороны Украины, то люди её возьмут, тушёнка или сахар есть тушёнка и сахар, неважно, кто её привёз. Хочу также добавить, что среди сотрудников PIN я встречал и много достойных людей. Например, это первые наши руководители офиса в Донецке Томаш Влах и Люцие Спружинова. Хочу их поблагодарить ещё раз за их самоотверженный труд в гуманитарной сфере. К сожалению, их заменили из Праги и на их смену прислали людей, которым было всё равно. Они просто приехали на заработки, как обычные бизнесмены.

— Чем вы сейчас занимаетесь?

— В настоящее время я не работаю, так как моё здоровье после незаконного увольнения резко ухудшилось, несколько раз я лечился в кардиологии. В середине апреля я подал в Украине иск в суд на PIN, уже восемь месяцев идут суды, последний я выиграл, но не в полном объёме. Планирую подавать судебный иск на PIN в международный суд по правам человека в Страсбурге. Параллельно с этим пытаюсь работать из дома по различным программам ООН.

Беседовала Ирина Шульц

Социальный географ Душан Дрбоглав: Украинская миграция не представляет угрозы для Чехии

Душан Дрбоглав. Фото: Ирина Шульц

Доцента и научного сотрудника факультета социальной географии Карлова университета Душана Дрбоглава можно назвать одним из ведущих специалистов в Чехии в области миграции. За его плечами огромный опыт исследовательской деятельности, большое количество публикаций, преподавательская практика. Душан Дрбоглав часто является экспертом по миграции в министерских проектах и комментирует процессы интеграции иностранцев в чешское общество на телевидении.

Одним словом, Душан Дрбоглав является специалистом, которому можно доверять. Его знания основаны не на публикациях из прессы, а на реальных исследованиях, опросах, в основе которых лежит научный подход. С другой стороны, он человек из академической сферы, умеет очень интересно рассказать о предметах своих научных исследований. Его стихия — это социальная география. Его основное рабочее место — факультет естествознания Карлова университета. Там мы с доцентом и встретились, чтобы обсудить опубликованное на английском языке последнее исследование международной группы учёных, которую он возглавлял. Исследование касается украинской миграции — как в страны Европы, так и внутри страны. В Чехии, как известно, украинские мигранты являются одной из самых многочисленных групп. Однако наш разговор вышел за рамки основной темы и коснулся общих миграционных процессов.

— Недавно у вас вышло очередное исследование — Ukrainian Migration in Times of Crisis: Forced and Labour Mobility («Украинская миграция во время кризиса: вынужденный труд и мобильность»), посвящённое украинской миграции. До этого выходило несколько ваших исследований на эту же тему. Чем новая работа отличается от предыдущих?

— Надо сказать, что последняя работа — это совместный труд международной команды. Мы проводили исследование, в котором принимали участие польские, словацкие и украинские коллеги. Мы, чехи, были координаторами. Исследование должно было ответить на такой вопрос: «Каковы последствия, и какие ещё будут последствия от конфликта Украины с Россией». Конкретно — захват Крыма и проблемы в Донбассе с точки зрения движения миграционных потоков.

Мы исследовали две группы людей. Первая — те, кто уехали из Донбасса в связи с военным конфликтом и остались внутри страны, так называемые внутренние мигранты. Вторая — те, кто планируют в будущем уехать с Украины. О результате я скажу кратко. Непохоже, чтобы первая группа людей планировала ехать дальше — в Европу или в страны Вышеградской четвёрки, потому что они с Востока Украины, а эта часть всегда больше тяготела к России, чем к Западу. У них нет «культуры миграции на Запад»: нет контактов и информации, того, что есть у западной части украинского населения. Второе, что мы поняли, — их интеграция непроста. У них много проблем, не везде их хорошо принимают, дискриминируют на рынке труда, они испытывают проблемы с получением социальной и гуманитарной поддержки. Всё это касается Восточной и Центральной областей Украины. В большинстве своём люди, уехавшие из зоны военного конфликта, остаются в близости от своих домов.

Второй вопрос, на который мы хотели ответить, был таков: «Собираются ли те украинцы, которые не попали в зону военного конфликта, эмигрировать?». Ситуации с ростом миграции, конечно, способствовал этот конфликт, он же оказал влияние на экономическую ситуацию, которая сильно ухудшилась. Снизился ВВП, стало невозможным найти хорошо оплачиваемую работу, поэтому миграционные потоки начали двигаться, в основном в Польшу. Почему в Польшу? Контакты у Украины с Польшей были всегда, у многих украинцев там живут родственники. Но главная причина — открытая польская миграционная политика, которая предоставляет возможность кратковременной циркуляции рабочей силы. Цифра по мигрантам очень выросла, за первые шесть месяцев текущего года — это 600 тысяч разрешений на работу от польских работодателей. К тому же там действует Карта поляка, которая даёт иностранцам привилегированный вход на рабочий рынок. Чешская и словацкая миграционная политика, в отличие от польской, не такая приветливая в отношении украинцев. С другой стороны — украинцы, приехавшие на заработки в Чехию, научились использовать свою польскую визу. Часто ею пользуются молодые люди, которые уклоняются от воинской службы на Украине.

— Вы там были, на Украине?

— Да, был в Киеве, был во временных общежитиях для беженцев по стране. Надо, однако, подчеркнуть, что это специфическое исследование, оно не является массовым, скорее, является качественным. У нас, как и в Польше, и в Словакии, было 15 экспертов по миграции, мы опросили 20 мигрантов, которые переселились весной 2014 года из-за конфликта, а на Украине мы опросили 36 внутренних беженцев. Мы использовали специфический метод опроса в фокус-группах. Ещё было 63 украинца, которые вернулись из Европы. Кроме того, у нас было много разных статистических материалов об украинской миграции. Я думаю, что наш метод позволил открыть важные факты и взаимосвязи.

— На Украине сейчас наблюдается девятый вал из желающих переехать в Чехию на работу, в Чехии не хватает рабочих рук, но чешское правительство хоть и пытается, но не проявляет достаточную волю к тому, чтобы открыть свой рынок труда для украинцев.

— Да, действительно. Этот «фактор толчка» существует. Украинцы готовы ехать на заработки. Но что происходит сейчас? Чехия после кризиса 2008 года начала охранять свой рынок труда, тогда очень много гастарбайтеров потеряло работу и вернулось на Украину. Но ситуация меняется. Тот спрос на рабочую силу, о котором вы говорили, очень разнообразный. Прежде всего — это спрос на дешёвую рабочую силу, на работу руками, а не головой. Такие работники нужны всем промышленным предприятиям, включая автомобильные. Существует и программа по набору квалифицированной рабочей силы. Внутри страны они такую рабочую силу найти не могут, поэтому ищут её за границей. Сейчас разработана правительственная программа, которая планирует набрать несколько тысяч украинцев, но по конкретным специальностям. Конечно, спрос намного выше, чем планируемый набор по программе. Но, с другой стороны, существует критика профсоюзов, которые боятся социального демпинга, ухудшения условий на рынке труда. Одним словом, они опасаются, что эта иностранная рабочая сила опустит планку как зарплат и условий труда, так и качества.

— Что говорят исследования? Являются ли украинцы конкурентами домашней рабочей силе?

— Исследования говорят, что украинцы — это дополнение к домашнему рынку труда и конкуренции не представляют. В большинстве своём они работают здесь легально, а значит, платят налоги и страхование. Конечно, это относится к тому рынку труда, который находится под контролем. Безусловно, есть и такие, кто работает нелегально или даже нелегально пребывает в стране. Украинскую трудовую миграцию сейчас нельзя считать каким-то феноменом, который представляет опасность для чешского рынка труда. Кроме того, украинская рабочая сила, насколько я знаю, хорошо себя зарекомендовала в Чехии: это трудолюбивый народ. В связи с миграционным кризисом, приливом мигрантов с Ближнего Востока в определённой части чешского общества начали проявляться ксенофобские настроения именно к этой группе мигрантов. На их фоне, надо отметить, отношение к украинским мигрантам улучшилось. Украинцы для чехов понятнее, чем мигранты из далёких регионов, как по расстоянию, так и по культуре. Миграция с Востока помогла украинской миграции в Чехии, её начали воспринимать намного позитивнее.

— Как вы видите будущее Чехии с точки зрения миграционных потоков? Останется ли Чехия на 95 % чешской, как сейчас, или ей предстоит тоже переваривать в своём котле разные народы?

— Ситуация меняется, хотим мы этого или нет. И даже миграционная политика здесь не играет столь значительной роли. Миграция является феноменом нашего времени, и связана она с глобализацией. Если глобализируются информация, идеи, капитал, то и человек не может не быть глобализирован. Глобализация идёт в ногу с другими аспектами. Будет ли отдаваться предпочтение одним народам перед другими, неважно, неоднородность общества продолжит расти.

— Я живу в Чехии достаточно давно, вся миграционная политика Чехии за последние 20 лет прошла через мою судьбу и судьбу моих друзей. Могу сказать, что я не вижу, чтобы как-то политиками принимались во внимание процессы глобализации.

— Да, но Чехия состоит в Европейском союзе и будет вынуждена уважать его политику. Евросоюз, какой бы он ни был, может быть, сейчас он станет намного осторожнее, закрытее, но он не сможет остановить миграционные потоки, а значит, будет стараться взять их под контроль. А мы, Чехия, — часть Европейского союза, и мы не можем закрыть границы.

Посмотрите на процессы. Из тысячи докторов — выпускников чешских вузов, 200 сразу же уезжают работать в другие страны ЕС, где им предлагают зарплату в три-четыре раза выше, чем в Чехии. И мы будем вынуждены искать адекватную замену. Здесь не то что правительственная программа, здесь будет конкурс, кто заполучит высокообразованного специалиста. Сейчас, например, это уже происходит в научном мире. Иностранец будет выбирать, где ему дадут лучшие условия. И Чехия их предложить пока не может. Технические специалисты, инженеры уже сейчас в большой цене. Но уровень их образования и знаний, тех, кто переселяется к нам, должен быть достойным. Они должны пройти нострификацию и другие экзамены. Сейчас на уровне ЕС этот вопрос решается, но в будущем необходимо будет его решать и в отношении специалистов из третьих стран.

И если кто-то думает, что мы «займём оборону и поставим стену» от мигрантов, пусть не обольщается. Это бессмысленные заявления.

— Есть ещё одна идея: население Чехии сокращается, и спасти могут только мигранты.

— Это миф. И я хотел бы от него предостеречь. Проведено исследование, которое выявило, что мигрантов должно быть во много-много раз больше, чтобы они остановили процесс старения населения. Их должно быть столько, что ни с физической, ни с политической позиции это невозможно.

— Есть решение?

— Единственное. Женщины должны больше рожать.

— А если будут рожать женщины-мигранты?

— Украинки вряд ли будут много рожать. Посмотрите, насколько низкий уровень рождаемости на Украине. Даже если в каком-то поколении уровень рождаемости высок, то в последующих он снижается. Процесс старения общества нельзя решить через приток мигрантов. Можно только увеличить деторождаемость. Но это проблема всех европейских развитых стран.

— Какие миграционные вопросы и группы вы планируете исследовать в будущем?

— Молдаван. Это очень интересная группа. Как известно, очень много молдаван уже имеют румынские паспорта. Нас будет интересовать, как и чем живут молдаване у нас, и сравним это потом с северной Италией, Прагу — с Турином. Но самый главный вопрос, который мы будем изучать и который ещё не был изучен, — это социальные ремитенты. Финансовые ремитенты — это те, кто посылает деньги из-за границы. А социальные — это нематериальные вещи: идеи, ноу-хау, новая система ценностей, всё, что приносит с собой мигрант по возвращении в свою страну. Вот это нас и будет интересовать: как это работает, приносит ли это свой эффект в Молдавии, от семейного уровня — до локального, регионального и даже национального.

Беседовала Ирина Шульц

 

Журналист Ондржей Соукуп:

«Чехам и русским нельзя терять интерес друг к другу»

Ондржею Соукупу, одному из известнейших чешских журналистов, пишущих о России, недавно впервые отказали в российской журналисткой визе. Что этому предшествовало? По каким причинам чешский МИД не продлил аккредитацию российским журналистам? Есть ли в Чехии российская пропаганда? Почему Чехия заводит агентство по борьбе с дезинформацией и при чём здесь «случай девочки Лизы»? Об этом мы и говорили с журналистом в редакции газеты «Господаржске новины», где он работает.

Инопланетяне и «русская угроза»

— В Чехии некоторые политологи придерживаются мнения, что между Россией и Западом идёт гибридная война — кибернетическая и информационная. Вы, как человек, живущий на Западе и работающий с информацией, можете сказать, что такое видение ситуации оправдано?

— Война, в обычном смысле слова, как мы себе это представляли всегда, это столкновение двух сил. Раньше государства объявляли войны. В гибридных конфликтах очень сложно понять соотношение сил. Например, невозможно сказать, какие хакеры на кого работают, пока их не поймают. Если говорить об информационной войне, то нельзя с точностью сказать, что именно является инициативой того или иного государства, а что — инициативой каких-то конкретных людей. Сейчас очень часто используется термин «российская пропаганда», я предпочитаю называть эту пропаганду «пророссийской».

Посмотрим на Чехию. Российской, именно государственной, пропаганды здесь практически нет. Есть сайт «Спутника», и всё. Больше ничего на чешском языке здесь нет. «Спутник» — это осколки «Голоса России». Всё, что он производит, в целом можно назвать объективным, за исключением некоторых спорных тем, но это, как правило, переводы с русского или английского. По большому счёту их можно назвать нейтральными.

Вместе с тем в Чехии примерно весной 2014 года расплодилось на удивление много сайтов, таких как Аeronet.cz и других подобных, которые программно придерживаются антизападной, антиамериканской и, соответственно, пророссийской линии. Невольно задаёшься вопросом: это пропаганда или что-то другое? Например конспирология.

Ведь эти сайты всерьёз пишут, что американцы скрывают существование инопланетян.

Возможно, российские взгляды им ближе, потому что они тоже в какой-то мере основаны на конспирологических теориях. Но это та часть сайтов, которые уже переметнулись от российской темы к теме беженцев, работая в том же ключе. Может, очень скоро они возьмутся за какую-то другую актуальную тему. Я считаю их немножко сумасшедшими.

Но существуют и другие — это те, которые на пророссийских темах зарабатывают, потому что заработать на этом можно. И чем более кричащим будет заголовок, тем больше кликают. Классический пример — сайт «Парламентни листы». Там нет редакционной политики. Туда может написать кто угодно и что угодно. Владельцу, наверное, всё равно, кто и что там пишет, главное, что люди определённого типа ходят на сайт и читают.

Ещё есть третья сторона — это люди, которые всегда против мейнстрима. И они ищут соответствующую информацию, но, к сожалению, находят её в тех же самых конспирологических теориях. Я считаю, что в Чехии всё это относительно маргинальные проявления, которые не играют в формировании общественного мнения какую-то определяющую роль.

Проблема в том, что эти теории и идеи проникают в головы чешских политиков, а они потом их транслируют в соцсетях.

Отличаются этим бывший южноморавский гетман Михал Гашек, его коллега по Социал-демократической партии Зденек Шкромах, коммунист Зденек Ондрачек... Я отношусь к этому легковесно, но большинство моих коллег-журналистов видят здесь огромную проблему. Человек в принципе никогда не знает, как такая информация получает распространение. Например, моя соседка, педиатр (мы знакомы лет тридцать), однажды меня спросила: «Как так? На Украине находится 30 тысяч американских военных!» Никогда раньше она этим не интересовалась, и вдруг такие познания!

Крым нагляднее вторжения в Ирак

— Вы являетесь одним из авторов видеокурса «Российская пропаганда» для старших школьников (инициатор — гуманитарная организация «Человек в беде». — «Газета.Ru»). Известны ли вам уже какие-то результаты в тех школах, где курс проходил? Чего авторы хотели добиться?

— Этот проект вызвал большой скандал в чешском обществе. В принципе эти лекции были частью более широкого курса «Медийная грамотность». Это добровольный курс, школы сами решают, хотят они его проводить или нет, а также сколько часов будет уделено той или иной теме. Это такой модулируемый курс, где учитель сам выбирает, что будет интересно его ученикам. Там, например, были темы и экологического воспитания, и социального неравенства. Что касается «Российской пропаганды», для меня это было интересно с точки зрения понимания, как осуществляются медийные манипуляции. И всё равно, кто их допускает, «Россия сегодня» или Fox. Механизмы одинаковые. На российском примере это было показать легче всего.

Конечно, примеры можно найти и в западной прессе перед второй войной в Ираке. До сих пор об этом пишут книги: как это вообще могло произойти, что СМИ поверили власти. Но молодёжь этого уже не помнит. А российские примеры с Украиной и Крымом — очень современные и живые. Для меня было важно научить школьников разбираться в источниках информации, уметь сравнивать, понимать, как работают СМИ. Насколько мне известно, этот курс прошёл в 100–200 школах, и многие учителя берут его до сих пор, хотя ему уже несколько лет.

— Не так давно российское консульство в Праге отказало вам в журналистской визе в Россию. Не чувствовали ли вы себя, случайно, как российский журналист Владимир Снегирёв, которому чешский МИД не продлил аккредитацию, тем более что в истории со Снегирёвым и Курановым вы выступали ангажированной стороной, вели их пресс-конференцию, а потом, можно сказать, заступались за них в СМИ.

— Это был шок. У меня никогда не было проблем с получением визы в Россию. Конечно, я сразу подумал, что это связано с историей Снегирёва и Куранова, которым наш МИД в марте не продлил аккредитации и которых я хорошо знаю. В рамках коллегиальности я вёл их пресс-конференцию, где они высказали свою точку зрения на сложившуюся ситуацию. Так вот, с одной стороны — коллегиальность, с другой — я понимал, что происходит что-то такое, что необходимо остановить в зародыше, иначе в будущем это коснётся меня и моих чешских коллег. Конечно, такие прецеденты, когда здесь работали российские агенты, были. Но журналисты часто становятся разменной монетой в игре спецслужб. Есть секретное донесение — и всё, с этим уже ничего невозможно сделать.

Да, официально мне никто ничего не заявил, но, насколько я знаю от наших дипломатов в Москве, российский МИД якобы говорил, что сделал это по просьбе другого государства, с которым у России есть договор. Единственное такое государство, по моему мнению, — Белоруссия. В принципе могут быть Армения или Казахстан, но я, к сожалению, там никогда не был. А вот из Белоруссии недавно вернулся, но без каких-либо проблем.

— Журналисты, как вы сказали, часто становятся разменной монетой в игре спецслужб. А не заигрываются ли сами чешские СМИ в спецслужбы, когда составляют списки каких-то, по их мнению, пророссийских СМИ, компаний, личностей? Это ведь небезопасно и может кому-то всерьёз навредить. Не говоря уже о том, что это как-то недемократично…

— Таких коллег немного, всего человек пять в стране. Но я это воспринимаю как вполне законную попытку понять, кто есть кто. Здесь фактически за одну ночь появилась волна разных «альтернативных» сайтов. А политики вслед за ними начали повторять выдуманные новости. К тому же эти сайты, как правило, анонимные. Что думать о редакторе, который подписывается как «Директор карусели»? Так что интерес к тому, откуда они все возникли и на какие деньги существуют, я считаю, был обоснован. Пока, правда, никому так и не удалось доказать какое-либо финансирование чешских сайтов из России. Но много ли им надо, чтобы существовать? Копейки. Я лично провёл пару дней в распутывании «ребуса» — как ложная информация с этих сайтов распространяется. Надо сказать, это было захватывающее исследование. Как правило, они ссылаются друг на друга. Первоисточник не найти.

Например, сенсация: журналистка «Би-би-си» сказала то-то и то-то. Начинаешь разбираться — такой журналистки в «Би-би-си» нет.

Возвращаясь к разного рода спискам и рейтингам, ещё раз отмечу, что это законно, на мой взгляд. Как бы иначе журналисты и аналитики могли докопаться до истины? Только через публикации. Но нельзя не задумываться над тем, что такие списки создают почву для обсуждений и разбирательств со стороны государственных органов. Здесь уже надо быть осторожнее. Одна из версий того, что случилось со Снегирёвым и Курановым, заключалась в том, что оба работают в государственных российских СМИ. Снегирёв — в «Российской газете», Куранов — в МИА «Россия сегодня». Возможно, именно так «наказали» лидеров российской пропаганды. Это уже небезопасно. То, что человек где-то работает, ещё ничего не доказывает. Никто из них не был замечен в манипуляциях с информацией, в распространении лжи.

Отказывать людям в аккредитации, потому что они работают на СМИ, которое нам не нравится, это дорога в ад.

Кроме того, мы должны были понимать, что это вызовет обратную реакцию. Практического эффекта — ноль. У «Спутника» здесь нет ни одного человека, все пишут из Москвы. Дебаты об этом должны, конечно, проходить в МВД и в МИДе — наши действия должны быть рациональны.

Отголоски «пражской весны»

— Первого января в Чехии начинает работать агентство по борьбе с пропагандой, которое учреждает чешское МВД. Что это будет, по-вашему мнению: цензура, аналитика, что-то ещё?

— Насколько я знаю, это агентство возникло по совету Германии. Немцы очень долго не обращали внимания на пророссийскую пропаганду у себя, пока сюжет о девочке Лизе, якобы изнасилованной беженцем, не заставил выйти на улицы 60 тысяч жителей Германии. Это их действительно напугало. До этого они никогда не задумывались над тем, что лживая новость, взятая из какой-то неонацистской группы в Фейсбуке и распространённая российским телевидением, может взбудоражить такое количество людей.

Немецкие социал-демократы посоветовали чешским социал-демократам обратить внимание на пропаганду внутри Чехии. А чешский министр внутренних дел, — социал-демократ, который никогда не выступал с какими-либо антипутинскими заявлениями, — решил прислушаться к коллегам из Германии. Что это агентство будет делать? Скорее всего, анализировать, кто о чём пишет. Конечно, эта работа будет ориентирована не только на Россию. Считается, что агентство будет заниматься угрозами со стороны чужих государств.

— Насколько хорошо видно Чехию из России, по-вашему? Вспоминая прошлогодний фильм телеканала ВГТРК «Варшавский договор. Рассекреченные страницы» о событиях «пражской весны», я в очередной раз поняла, что Россия настолько велика, что если рубит, то щепки летят. Чехи посчитали, что этот фильм оправдывает вторжение войск Варшавского договора в Чехословакию в августе 1968 года. Чешский министр иностранных дел даже вызывал на разговор российского посла, где говорил ему о недопустимости таких трактовок.

— Оптика, с которой Россия смотрит на мир, понятна. Россия — огромная страна. В одной Москве больше людей, чем во всей Чехии. Для маленькой Чехии гибель тех 120 человек при вторжении — это большая трагедия. Для России, с её историей XX века, это ничто. В России нет способности понимать эти трагедии маленьких народов.

— Что надо сделать, чтобы русские и чехи друг друга лучше понимали?

— Надо не терять интереса друг к другу и не помещать себя в искусственные рамки: «Россия с Путиным — значит, мы не будем читать русские книжки. А вы в НАТО — значит, мы не будем смотреть ваш театр». Путин — это не вся Россия, а в НАТО состоит не только Чешская Республика.

Ирина Шульц, фото автора 

Впервые интервью было опубликовано на портале «Газета.Ru»

Написать нам

Email:
Тема:
Текст:
Пражский экспресс - газета какого города?

Мы на карте


© 2009-2018 ПРАЖСКИЙ ЭКСПРЕСС - ЕЖЕНЕДЕЛЬНАЯ ГАЗЕТА
Частичная перепечатка материалов разрешена с активной ссылкой на www.prague-express.cz
Перепечатка материалов в бумажных носителях - только с письменного разрешения редакции.
Рейтинг@Mail.ru Система Orphus